К реке сбегает дорога. Перед нами разворачивается панорама Донца. Справа холмы с коричневыми по осени склонами, словно покрытыми неброского цвета бархатом. Слева курени, каменные ограды, огороды и левады. Место, в котором расположена фамильная усадьба Ларисы Корнауховой, невероятно живописное и по-своему, безусловно, уникальное. Не удивительно, что женщина сделала выбор в пользу хутора Хоботок и переехала сюда из Костромы, где прошла большая часть ее жизни. И что скажете вы в этом интересного? Не секрет, что многие семьи, влюбившись в красоту наших мест, переезжают в хутора и станицы насовсем. Уникальность истории, которую мы хотим рассказать, в том, что новая хозяйка усадьбы на месте старого дома не стала возводить современный коттедж, а взялась за реставрацию казачьего куреня, построенного в 1911 году ее дедом подъесаулом Семеном Пискуновым.
Здесь жив
дух семьи
Строго говоря, Лариса Тихоновна в Хоботке человек не новый. Здесь она выросла, окончила школу в соседней Плетняковке и уехала в большой мир. Талантливая и активная девчонка выбрала профессию творческую – технолога швейного производства. После вуза попала по распределению в Кострому. Там создала театр-студию «Молодежная мода», которую возглавляла вплоть до выхода на пенсию. В Хоботке оставались бабушка и дедушка, мама и папа. Каждый год Лариса приезжала на родину. Здесь же любили проводить каникулы ее сын Миша и дочь Аня. И для них хутор стал родным.
Шло время. Дети выросли, уехали из Костромы учиться, стали самостоятельными. Один за другим «ушли» родители Ларисы, скоропостижно скончался супруг. И получилось, что такая дорогая сердцу Кострома опустела, а на родине пустовала усадьба, ветшал родительский дом. Продавать родовое гнездо не хотелось – большая усадьба, тихое уединенное место, потрясающая природа. Такие края люди ищут годами. А главное, здесь жила история и дух ее семьи, пережившей две мировых войны, арест деда, раскулачивание и возвращение главы домой, восстановление хозяйства и мирной жизни. И Лариса Тихоновна решила окончательно переехать на родину.  
Но легко сказать вернулась. Казачий курень, построенный аккурат 100 лет назад, выглядел плачевно – обветшали окна и ставни, покосилась веранда и крыльцо, крыша ждала ремонта, фундамент дал трещины… Казалось, проще хатенку завалить, о чем честно поведали первые две приглашенных бригады строителей. Но Лариса твердо решила восстановить курень, сохранив максимально все аутентичные детали. Идею подал известный земляк Владимир Дерябкин. Цирковой артист, а ныне создатель и директор музея граммофонов в Питере – большой ценитель казачьей старины. С ним Лариса дружит много лет по-соседски (Владимир владеет домом в Хоботке). Миша и Аня  тоже поддержали идею реставрации, пообещали помогать. С поставленной непростой задачей согласилась в итоге только третья бригада строителей Анатолий Пушкарев и Сергей Савицкий. Точный масштаб «бедствия» никто не представлял, поэтому принятое решение иначе как смелой авантюрой и назвать сложно.    
Стройка
века
Стройку-реставрацию начали в июне 2010-го с фундамента. Сложенный из местного камня, добытого в окрестностях хутора самим дедом (никто из казаков тогда камни не покупал – взял лом, лопату и вперед), он требовал полной замены. Кроме того, по всему периметру дома рядом с фундаментом были выложены так называемые ходы – стенка вровень с окнами, по которой хозяева ходили закрывать ставни. Ходы убрали, затем постепенно, метр за метром разобрали старый фундамент и на его месте возводили новый из того же камня. Со стен содрали доски (дом обшили в 50-х годах прошлого века), отбили глиняную штукатурку. Перед строителями и хозяйкой открылась основа стен – широкий дубовый брус с неровной текстурой. Несмотря на вековую историю, практически все дерево сохранилось в отличном состоянии. Замены требовали несколько брусов, что лежали на самом фундаменте.
После стен строители перешли к крыше. Здесь их вновь ждал приятный сюрприз: стропила были в прекрасном состоянии. Заменили толь и шифер. Покрыли крышу металлочерепицей глубокого коричневого цвета. Надо сказать, по многим вопросам Лариса с дочерью Анной, архитектором по специальности, советовались  с профессором истории из Волгоградской области Людмилой Рыбловой. Признанный специалист в области казачьей архитектуры настаивала: курени были покрыты либо камышом, либо листами железа вначале сероватого оттенка, со временем под действием дождя и солнца металл приобретал коричневый цвет. То есть красные, зеленые и прочие «выразительные» цвета для крыши исключались. А в оформлении самого дома казаки наоборот отдавали предпочтение ярким цветам.
Отдельно стоит упомянуть столярку – окна и ставни за ветхостью пришлось выбросить, взамен в столярной мастерской заказали новые деревянные с прежним рисунком. Фурнитуру  к ним оставили прежнюю, тщательно отчистив ее от наслоений краски. Окна на веранду выбрали с новой раскладкой. Рисунок предоставила все та же Людмила Рыблова. Он в точности  повторял окна одного из старинных казачьих куреней. Тот же принцип применили к дверям: в основном все двери в доме оставили прежними, лишь обновили ручки, петли и декоративные элементы.
В общем, для Ларисы не было в реставрации мелких или неважных деталей. Несколько раз она с детьми выезжала в Старочеркасск, музей под открытым небом, где тщательно сохраняется архитектура казаков. Смотрели, фотографировали, вдохновлялись, обсуждали детали и цветовую гамму дома. Целое приключение ждало хозяйку, когда встал вопрос о внешней обшивке дома. Широкую доску искали по всему Ростову, а нашли в Каменске. Доски привезли из-под Великого Устюга, так называемый вельский лес. Все деревянные детали дома были выкрашены. Цвета подбирала Анна. Они перекликаются с цветами казачьего мундира деда Семена Захаровича – синий, красный и белый.
Правда, быстро сказка сказывается, да не быстро дело делается. В первый год до холодов строители успели сделать основные работы по фундаменту, стенам, крыше.  В 2010 облицевали дом и начали внутренние работы. Деревянный потолок, уложенный внахлест, покрасили, старый пол сняли и уложили новый, стены «улепили глиной». Причем, чтобы сделать раствор, отбили штукатурку стен в одном из старых, заброшенных домов. Куски глины с соломой заливали теплой водой, и этим раствором штукатурили стены, белили. Заново переложили печь, которая расположена в середине дома, почистили ходы.
Веранда, сходни
и передняя
Реставрацию куреня завершили в августе этого года, и Лариса окончательно переехала в дом. Помещения она называет на казачий манер – сходни, веранда, коридорчик, передняя, теплушка и зал. В интерьере комнат сплошь старина: горки, буфеты, деревянные столы и стулья, кровати. Часть вещей перешли по наследству, многие просто подарены друзьями и соседями.  Старая мебель пылилась в сараях и чуланах за ненадобностью, а теперь эти вещи полноправные жители куреня.
Под очарование этого дома попадаешь прямо с порога. Все здесь сделано с любовью, ею буквально пропитан дом. Тепло и уютно, приятно глазу и радостно на душе – такое впечатление оставляет о себе сам курень и его гостеприимная хозяйка. А какой вид на реку открывается с веранды! Так и просится на картину.
С наступлением холодов этой осенью обновленная печь зарекомендовала себя и теплой, и надежной, и экономичной. Городской житель Лариса уже наловчилась и топит печь не хуже своей бабушки. После прогулки по усадьбе, а мы не только обошли курень со всех сторон, прогулялись по ходам, заглянули во вновь посаженый сад и виноградник. Так уютно посидеть за столом у печи. За чаем с чабрецом Лариса Тихоновна рассказала драматическую историю своей семьи достойную, поверьте, отдельного повествования. Немногие столь же бережно хранят память о предках. И так приятно видеть неравнодушного человека, о котором точно не скажешь «родства не помнящий».